Городские улицы меняются на глазах, будто подстраиваясь под дух перестройки. Советская эпоха медленно угасает, оставляя после себя растерянность. Люди теряются — как теперь жить, никто толком не объясняет. Восьмидесятые кружат голову свободой, но за ней часто скрывается хаос.
Одних, как тихого Андрея, взрослеть учит подворотня и асфальт. Другие, вроде Вовы, будто выпадают из реальности, не находя в ней своего угла. Чтобы уцелеть, подростки жмутся к своим — группируются, держатся вместе. Борьба идет за каждый двор, за каждый пустырь. В этом водовороте лишь одно остается незыблемым: слово, данное другу. Оно оказывается крепче кулаков, сильнее страха перед незнакомым завтра.
